Статьи19.06.2012, 15:03

"The National Interest": новый подъем старых империй

Сейчас идет много разговоров о распаде вестфальской системы суверенных национальных государств. Эта система признавала нерушимость границ, а в основе ее был тезис о том, что, то, чем занимаются государства в пределах своих границ, никого больше не касается. Сегодня утверждается, что данная историческая система была разрушена в результате западных интервенций с целью свержения Слободана Милошевича и создания Боснии, а затем Косова, а также в результате смещения Саддама Хусейна, а спустя менее чем десять лет - Муаммара Каддафи.

По мнению некоторых, свой вклад в такую дестабилизацию внесло создание новых государств и мини-государств, будь то Кавказ или Южный Судан. Но по мнению интервенционистов неоконсервативной и либеральной разновидностей, в этих событиях нет ничего плохого.

Однако, как и во многих других ситуациях, в действительности все отнюдь не так просто. Во-первых,  смены режимов вряд ли начались с Милошевича или Саддама. Чем было падение двух Наполеонов – в 1815 и 1870 годах – как не сменой режимов? Две мировые войны также вызвали смену режимов и создание новых государств.

С другой стороны, следует отметить одно гораздо менее заметное событие, которое возвращает нас в ту эпоху, когда в 1648 году вступил в силу Вестфальский мирный договор. Речь об усиливающемся триумфализме ряда павших в свое время империй. В Восточной Азии Китай все чаще демонстрирует свои политические, экономические и военные мускулы как доминирующая держава, перед которой другие должны подобострастно преклоняться. На Ближнем Востоке и в Центральной Азии Турция использует свою новообретенную экономическую и политическую мощь для распространения влияния на многочисленные страны, некогда входившие в состав Османской империи. А Москва использует власть и влияние, которые дают ей энергетические ресурсы, и проводит в Европе и в примыкающих к России регионах из состава бывшей Российской империи политику царизма в новом варианте. Не следует также забывать о влиянии Индии в Южной Азии. В регионе, где когда-то правили Великие Моголы, ее экономика затмевает собой соседей. Следует помнить и о той имперской мантии, которую унаследовала у Португалии Бразилия, воспользовавшись своей растущей экономической мощью.

Имперское наследие этих государств дает им стимул для усиления собственной значимости не только в своих регионах, но и на мировой арене. Во время посещения этих стран и встреч с представителями их элит все больше усиливается ощущение того, что они возвращаются к своей традиционной роли ведущих держав. Тот динамизм, который не сумел погасить даже нынешний экономический спад, заставил эти страны объединять усилия, дабы обрести больший вес в «Большой двадцатке», в Организации Объединенных Наций  и в прочих международных институтах. Он также привел к существенному расширению сотрудничества между ними.

Естественно, между этой пятеркой государств существует соперничество и трения. Турция и Россия борются за влияние в Центральной Азии и на Кавказе. Россия по-прежнему боится китайских посягательств на Сибирь. Индия и Китай с недоверием наблюдают друг за другом через общую границу, борются за влияние в Мьянме и поддерживают конфликтующие между собой отношения с Пакистаном. А Бразилия и Китай соперничают за влияние в Африке.

И все верят в то, что Соединенные Штаты, а тем более Европа не должны больше монополизировать процесс принятия решений, оттесняя мировое сообщество. Они отвергают порядок, сложившийся после Второй мировой войны, называя его устаревшим, и не согласны автоматически принимать американское лидерство по каким бы то ни было вопросам. Следует отметить, что из этой пятерки лишь Турция отправила свои войска в состав международной коалиции в Афганистане, и что ни одна из этих стран не согласилась отправить свои войска в Ирак. Опять же, Турция была единственной страной из этой пятерки, согласившейся хоть как-то участвовать в ливийской операции, причем ее основной вклад, внесенный безо всякого энтузиазма, заключался в том, что она не стала мешать другим странам НАТО проводить наступление против Каддафи.

Нет никаких симптомов и сигналов, указывающих на то, что в этих пяти странах ослабевает имперский дух и сопровождающие его претензии на особые права. Напротив, он с каждым годом только усиливается. Вашингтонские политики и государственные деятели, одержимые в настоящее время другим наследником империи – Ираном, должны понять и признать, что у этих государств есть нечто большее, чем впечатляющий экономический рост, военная экспансия и политическое влияние. Американцы хорошо известны отсутствием у них восприимчивости к истории. Но им понадобится вся та восприимчивость, которую они сумеют собрать, чтобы успешно разобраться с теми государствами, чьи претензии на более значимую роль в мире обусловлены не только нынешними успехами, но и былой славой.

Дов Закхейм был заместителем министра обороны и главным финансистом Министерства обороны США с 2001 по 2004 годы, а также заместителем помощника министра обороны (вопросы планирования и ресурсов) с 1985 по 1987 годы. В 2004 году он был назначен координатором от Министерства обороны по гражданскому восстановлению в Афганистане. Он является  членом консультативного совета The National Interest.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Оставить комментарий Всего комментариев: 0
Имя:*
E-Mail:
  • winkwinkedsmileambelayfeelfellow
    laughinglollovenorecourserequestsad
    tonguewassatcryingwhatbullyangry
Введите два слова,
показанных на изображении: *